Александра Созонова (agni_8) wrote,
Александра Созонова
agni_8

Category:

Марина Палей. Пять стихотворений

КЕНТАВР, СОПЕРНИК СОЛНЦА

Памяти Геннадия Жукова

Плач по Геннадию

Алхимик, философ, поэт; шаман, хитрован, кифаред — это неполный ряд —
чувствую твой, свободный от глаз — от очков, от любых оков человечьих — взгляд,
слышу твой зык — уже вне натруженной, в жилах истёршихся, шеи воловьей —
на какую молилась я с сестринской, благоговейной любовью,
мне так дико в степи этой голой, так холодно, некуда деться,
прикопайте меня к сотням жён его, в свежий курган, где-то сбоку погреться,
допусти седую царевну гиперборейскую к твоему последнему изголовью,
не гони, аэд, за школярские рифмы, за ритм колченогий, за дудку коровью,
ты, Дух, пленённый сарматами, греками, русаками, иудеями-книжниками,
друзьями, фанатами, дураками, учениками, врагами, сподвижниками;
чтоб выпить море, сказал мудрый раб, освободите его от впадающих рек,
а тебя выпили — и только после освободили; выпитый человек,
втихаря ты просился туда, к заоблачному бестелесному поголовью,
конь-кочевник, летящий над бездной к бессрочному своему становью,
лишь одним оставайся стреножен навеки в краю заколоченных век —
любовью, Геннадий, слышишь, любовью, Геннадий, слышишь, любовью.
2008

Телефон

Остались в косматых, в иезуитских веках —
колесованье, погребение заживо, четвертованье…
А нынче — беззвучие снайпера. Рок в безучастных руках.
Телефона молчанье. Молчанье. Молчанье. Молчанье.

И нет ни флеш-моба, ни демонстраций — дескать, остановить!
И незримы ни граду, ни миру — ни униженье, ни гонор.
Тебе и курок-то спускать не надо, чтобы меня убить…
Тебе и пальцем-то шевельнуть не надо, чтобы меня убить!
Это так просто: не набирать мой номер.


***
хорошо бы в Оке утонуть —
раствориться, растаять, забыться
лишь за тем поворотом мелькнуть,
лишь осокой, даст бог, пробудиться

но в тебе, мальчик, мне утонуть
не удастся: тебя только — вброд:
только стопы поранишь, не грудь
тебя кура в шажок перейдёт

мель для допубертатных фрегатиков
и куличиков рай на песке,
мармелад для мультяшных солдатиков,
синь татушек на бритом виске

а река захлестнет меня пеньем —
и небесным своим отраженьем —
виражи, ворожба, миражи —
придержи ты меня!
не держи —
видишь, душу относит теченьем


Мышь под мышкой

говорил один арестант другому
в тюряге-крытке или на зоне где-то
(а третий всё это дело слышал):
ты, говорил, прикинь по-любому —
нам, каторжным, позабытым, отпетым,
нету марух дороже, чем мыши

бараться со всем семейством мышиным, ясный-красный, не надо,
не то будет, как с тёлками, — визготня, круговерть
а ты одну мышь заведи, слышь, дездечадо: не стадо —
одну, преданную, как смерть

и вот как сделай: вымани её из норки-то на свободу,
дай ей покушать хлебца-то наперёд,
а потом, резко — главное, резко — под ледяную воду —
и чтобы в рот она ей, в рот, в рот

а потом — самое главное: обсуши под мышкой
ты, кстати, подмышки броешь, братан?
нет? вот и правильно, не хрен там-то с укладкой-стрижкой
будет мышке твоей ништяк, улётный шалман,

сеанс, шарман, лежбище с интересом
она тебе, друже, ещё и мышат принесёт
от кого? от какого такого беса? —
а твой голос? а кожа твоя? твой пот?

мышь, она от тепла твоего стяжелеет,
такова мышиная матка-душа
твоя подмышка обсушивает мышь и греет,
ласкает её и греет,
а мышь молится на тебя, не дыша

мышь будет ходить за тобой, как сука,
попискивать, под мышку проситься назад
а как подымешь да подышишь ей в глазки, в ухо —
вдругорядь тебе наметает мышат

она будет твоя, эта мышка-лолита,
и мышеловки ей не страшны, капишь?
она уже насмерть попалась, дольче финита!
а ты глянешь под мышку — там твоя мышь


***

её парень в тюрьме
он один у неё на уме

…жёны, мужей к ней не бойтесь пускать,
не войте, не бейтесь об стол головами:
когда ваши мужья заваливают её в «приват»,
то есть в кровать –
водкой, стишками, руками, ногами,
им счастливей с нею ни разу не стать
значит, они останутся счастливы с вами

её парень в тюрьме
она – в своём тереме, словно в трюме
узилища, лепрозория гетто это угрюмей
персонал: кухонный газ,
унитаз,
зомби-ящик
на голых плечах – драный, весь в пятнах, плащик

она – словно скелет в скафандре,
перст без деспотичной дистальной фаланги,
мумия кошачьего фараона –
лежит часом за часом
под воющим африканским мясом
молча и отстранённо

затем – как-то пугающе изумлённо –
словно на лабораторном столе высоком
подопытная, вся в красных разрезах, мышь,
что дёрнулась, в самом конце, под высоковольтным током
Tags: Марина Палей, стихи
Subscribe

  • ВГИК. 35 лет назад...

    Нашла это фото в ФБ у своей однокурсницы Настеньки Горюновой. Две сценарные группы, наша и курсом старше. Маститый Евгений Габрилович. Наш мастер…

  • Ксения Драгунская

    Второй раз у меня так: практически не знала человека, видела несколько раз, а смерть его хлестнула, задела, словно хороший приятель умер. Оба раза…

  • Грязь в сети, или торжество мести

    Когда в октябре моя повесть-сказка "Чукля" заняла второе место на конкурсе издательства РОСМЭН, одна из редакторов дала мне ссылку на пост…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments