April 29th, 2013

крепость

Гордецы

  «Гордыня вероисповедания» - словосочетание Г. Померанца. Он не указывал, какой нации свойственна эта гордыня в наибольшей степени (принадлежа к ней по крови), но догадаться нетрудно: богоизбранный народ один на земле – если не брать в расчет верований древности. Впрочем, любая палка о двух концах: именно эта гордыня, ощущение своей избранности послужили тем цементирующим составом, что сохранили нацию, разбросанную по странам и континентам, как единое целое.

Сравнить можно разве только с цыганами, извечными бродягами, не растерявшими ни язык, ни обычаи. Но кто знает об их языческих верованиях? Да и вклад в мировую культуру этих двух народов несопоставим.

Если оставить в стороне политику, то национальная гордыня бросалась в глаза в двух случаях. В первую очередь – хасиды. Избранные, белая косточка, всегда отутюженные, всегда грудь колесом, уверенный шаг и вздернутый подбородок. (При этом, встречая их на улице, не могла отделаться от мысли: что за несчастные люди – и в жару в 40 градусов должны быть при полном параде, в черных сюртуках и шляпах с полями, а то и в меховых, похожих на мохнатое колесо, тяжеленных шапках.)

100420133786

u-evreev-zabiraut-shapki

Второй случай – город на горах, Хайфа. Строить на вершинах гор (именно гор, а не холмов, как в Москве или Иерусалиме) целые кварталы – нерационально, странно, вызывающе. Ни пешком, ни на велосипеде в такой квартал не взойти (если ты не здоровяк-спортсмен), только на авто или автобусе. Поистине, гордецы. Как там, в Евангелии: «Вы - свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы. И зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме».

Надо сказать, если бы судьба забросила жить в Израиль и предоставила выбор, поселилась бы именно в Хайфе. И просторно, и горделиво, и море, ластящееся к набережным. И прекрасное святилище Бахаи, вознесенное над жилыми кварталами, словно благословляя их.)

150420133968

150420133974