September 8th, 2017

будда

Кирилл Серебренников и свобода


Известна фраза Кирилла Серебренникова в одном из интервью: "Театр для меня - территория свободы".
Вполне естественно для театрального режиссера. Кинорежиссер назвал бы територией свободы съемочную площадку и монтажную, художник - свою мастерскую, писатель - компьютер или лист бумаги. А разве супермаркет, мост или площадь нельзя назвать территориями свободы - для тех, кто выплескивает на них свое "искусство"?
Вопрос не "где", а "что". Что понимать под этой самой пресловутой свободой.

Серебренников - человек образованный и глубокий, он не чужд вере. Правда, по его словам, из всех религий ему ближе всего буддизм. Тем не менее, минимум в двух своих фильмах он поднимает серьезные, неординарные вопросы, связанные с христианской парадигмой: "Юрьев день" и "Ученик".

Не могу сказать, что эти фильмы в числе моих любимых, но они цепляют, заставляют думать, спорить.
А это немаловажно.
Серебренникову ведома суть христианства, в том числе и христианское понятие свободы.
Лаконичнее всех выразился Блаженный Августин: "Люби Бога и делай, что хочешь".

Режиссер - не в фильмах, а на сцене - и делает, что хочет. Вне каких либо моральных рамок и внутренних запретов, оглядок на классиков и прислушивания к авторитетам.


(Честно говоря, больше всех обидно за Николая Васильевича: будучи сверхцеломудренным человеком, даже, кажется, девственником, Гоголь, окажись он на спектакле по своему роману, в театре своего имени, решил бы, что он в аду.)

Афоризм Августина перекликается со словами нашего современника, основателя церкви Сатаны Ла Вея: "Делай, что тебе вздумается: таков единственный закон". По форме похоже, но смысл противоположный.
На мой взгляд, Серебренников идет в фарватере за вторым, а не первым.
.....................................................
Что касается его виновности-невиновности в расхищении миллионов, своего мнения у меня нет.
Вполне допускаю, что мог расхищать: талант и нравственный закон не обязательно тесно связаны.
Но мог и оказаться жертвой сфабрикованного дела - как убеждают его знакомые и поклонники.
Хорошо, что дело получило такой широкий общественный ажиотаж: есть надежда, что суд будет беспристрастным и истина восторжествует.
И еще есть надежда (правда, небольшая), что широкое обсуждение его творчества, вызванное судом и следствием, приведет хоть к каким-то позитивным переменам в сфере российской культуры.
В последний раз так обсуждался новосибирский "Тангейзер", но тогда возмущение огромных масс людей ничего существенно не изменило.